А. Гаврилов. Двусторонний перевод - вид устного перевода?

А. Гаврилов. Двусторонний перевод — вид устного перевода?

 

В настоящее время нередко делят устный перевод на два вида: синхронный и последовательный. Так, если го­ворение участника коммуникации совпадает по времени с говорением переводчика, то такой вид устного перевода называется синхронным. Если же говорение переводчика следует за говорением участника коммуникации, то в этом случае устный перевод называют последовательным.

Двусторонний перевод — что это? Классификация

Подобная классификация характеризует виды устного перевода только во времени, и не случайно предложивший это деление Жан Эрбер даже не упоминает о таком виде устного перевода, как двусторонний. Ведь двусторонний перевод трудно уложить в рамки предложенной им клас­сификации. В зависимости от предъявляемых требований он может быть по времени оформления и синхронным, и последовательным.

Синхронный переводчик. Как работать синхронистом

Если по условиям работы важно, чтобы говорение пере­водчика не совпадало с говорением участников диалога, то в этом случае двусторонний перевод становится последо­вательным. Если же это условие отпадает, то переводчик может переводить речь участников диалога в то время, когда они говорят. В этом случае двусторонний перевод носит ярко выраженный синхронный характер. Вместе с тем, и в том, и в другом случае он не перестает быть дву­сторонним.

Необходимо учитывать, что вне зависимости от того, как оформляется двусторонний перевод, последовательно или синхронно, он обладает определенными характеристи­ками, которые и создают его специфику, отличают его от других видов устного перевода.

Характеристика двустороннего перевода с английского

Действительно, для характеристики двустороннего пере­вода мало учитывать только один фактор времени. Как переводчику в процессе двустороннего перевода, так и ме­тодисту при разработке методики обучения последнему необходимо иметь в виду и некоторые другие факторы, которые влияют на характер аудирования и оформления перевода, фактически выделяют его в особый вид устного перевода.

В профессиональной деятельности переводчика место двустороннего перевода определяется его целью. Эта цель — перевод речи партнеров по диалогу в случаях, когда послед­ние используют разные языковые коды.

В настоящее время он используется в ходе переговоров, встреч, бесед, а также при опросе свидетелей, отвечающих на вопросы на иностранном языке. Очень часто без него не обходятся такие композиционные формы современной устной речи, как пресс-конференция или дискуссия, кото­рые «обычно строятся на многообразном чередовании или смешении, взаимопроникновении элементов разговорного и книжного языка».

Г. Петлеванный. «О некоторых переводческих ошибках»

Двусторонний перевод представляет собой своеобраз­ную форму общения с опосредующим звеном-переводчи­ком. Наличие этого опосредующего звена может сказаться на речи партнеров по коммуникации. Так, их речь действи­тельно может быть менее спонтанной, чем диалогическая речь в сфере повседневно-бытового общения. С другой сто­роны, партнеры по коммуникации естественно стремятся приспособиться к связующему звену, т. е. к переводчику. Это обстоятельство также в известной мере отражается на их речи. Однако их речь не перестает от этого быть диа­логической. Вот почему двусторонний перевод следует рас­сматривать прежде всего как перевод такого речевого ма­териала, который отвечает характеристикам диалогиче­ской речи. К последним можно отнести:

  1. ограниченное время для оформления речи;
  2. спонтанность;
  3. широкое использование разговорных форм речи;
  4. часто несовер­шенную внешнюю форму.

«В диалоге, — отмечает В. В. Виноградов, — остро вы­ступает быстрая смена интонаций, пестрое чередование разных форм мелодического движения речи, широко развер­нутая цепь средств мимической и жестикуляционно-пластической сигнализации, непосредственный перевод в звучание социально-привычных речевых формул.» Кроме того, диалогическую речь отличает также и то, что она является «поддержанной речью, так как речевая деятель­ность говорящего человека активно поддерживается в этом случае другими участниками разговора…»

В.А. Шорохов. Перевод и семантика

В ходе двустороннего перевода переводчику бывает необходимо понять и перевести все те речевые формулы, штампы, эллипсисы и даже арготические выражения, ко­торыми пестрит настоящий диалог и которые встречаются независимо от темы общения и в беседе, и на переговорах и отличное знание которых абсолютно необходимо всем тем, кто работает в области устного перевода диалогической речи.

Умение переводить распространенные формулы-клише, разговорные, выражения свидетельствует о том, что пере­водчик знаком с подлинной диалогической речью, с теми ее выражениями, которые по свидетельству Ш. Брюно, не передаются через книгу или с помощью школы, а из уст в уста.

Как известно, нормы поведения человека имеют свои языковые соответствия, необязательно совпадающие у раз­ных народов. Отсюда и задача переводчика: не просто пе­реводить, а научиться в ходе двустороннего перевода поль­зоваться разговорными выражениями, наиболее соответст­вующими данной ситуации общения. Знание различных выражений-стереотипов, характерных для диалогической речи, и умение ими пользоваться в процессе перевода поз­воляет переводчику с наибольшей полнотой оказывать эмо­циональное воздействие на слушающего, поскольку адре­сованный последнему речевой материал сформулирован теми словами, которые сам слушающий привык употреблять в подобных ситуациях.

Кроме того, знание выражений, присущих диалогиче­ской речи, знакомство с речевым поведением носителей языка, позволяет понимать последних с полуслова, что, в свою очередь, создает лучшие условия для переводческой деятельности и, в частности, способствует более быстрому оформлению перевода.

Таким образом, в диалогической речи используется целый ряд таких синтаксических конструкций, которые совершенно чужды монологической речи. Наряду с этим в ней, как правило, наличествует значительно больше грам­матических ошибок, отклонений от норм языка, чем в моно­логической речи, особенно подготовленной.

Даже культурная часть общества говорит небезоши­бочно с точки зрения языка. Как утверждал Л. С. Выгот­ский, «полное устранение несоответствий в пользу общего и безусловно правильного выражения достигается лишь по ту сторону языка его навыков — в математике». То, что с точки зрения языка является ошибкой, может подчас даже иметь и художественную ценность. Это очень хорошо чувствовал А. С. Пушкин, когда писал в III главе «Евге­ния, Онегина»:

Не дай мне бог сойтись на бале

 

Иль при разъезде на крыльце

С семинаристом в желтой шале

Иль с академиком в чепце!

Как уст румяных без улыбки,

Без грамматической ошибки

Я русской речи не люблю.

А так ли просто уметь понимать диалогическую речь с «грамматической ошибкой»? На этот вопрос трудно отве­тить утвердительно, поскольку в ходе профессиональной подготовки переводчик знакомится как правило лишь со стерильно правильной речью. Его преподаватели уже в силу необходимости просто обречены говорить только пра­вильно, в учебных звукозаписях он также слышит только правильную речь: это речь дикторов радио и телевидения или речь артистов.

М.М. Зинде, С.А. Фридрих. Качество перевода и стилистика текста

Но ведь такая речь — это в известном смысле речь-эта­лон. Это редкость. Большинство людей говорит гораздо хуже и понимать их, особенно на слух, бывает значительно сложней. К. С. Станиславский по этому поводу писал: «… я изучал как себя, так и других и в результате окон­чательно убедился в том, что всем людям надо вновь посту­пать в школу и начинать с азов. Мы не чувствуем своего языка, фраз, слогов, букв и потому легко коверкаем их… Прибавьте к этому оканье, аканье, шепелявость, карта­вость, гнусавость, взвизгивания, писки, скрипы и всякое косноязычие».[9] Именно исходя из этого, он полагал, что «мы не только на сцене, но и в жизни говорим пошло и безграмотно».

Отметим сразу, что эта нелестная характеристика отно­сится не только к носителям русского языка. За рубежом дело обстоит не лучше. Говоря о культуре речи французов, А. Соважо отмечает, что французский язык «правильно и чисто употребляется лишь теми, кто, вне зависимости от социальной принадлежности, получил довольно солидное образование». Этого же мнения придерживался и Антуан Мейе, который отмечал, что правильно французским раз­говорным языком «могут пользоваться лишь те, кто дос­тиг высоких ступеней культуры». О том же, как говорит большинство людей, мы читаем в вышедшей в Париже монографии «Phonétique et phonation»: «У большинства людей речь предшествует мысли. Они узнают, то, что они думают, только после того, как они услышат то, что они сказали». И это справедливо прежде всего для диалоги­ческой речи.

Е. Эткинд. Из какого материала делают книги? (статья о переводе)

Вот почему мы считаем, что для успешного осуществле­ния двустороннего перевода необходимо предварительное знакомство с речью самых разнообразных носителей язы­ка, а не только с речью тех, кто представляет, если можно так выразиться, его языковую элиту.

Говоря о неправильной речи, мы хотели бы остановиться на эксперименте, который мы проводили на III курсе переводческого факультета. Эксперимент позволил нам установить, что восприятие неправильной речи на родном языке существенно отличается от восприятия неправиль­ной речи на иностранном языке. В самом деле, воспринимая родную речь, наши учащиеся имеют тенденцию как бы «пропускать мимо ушей» все повторы, слова-паразиты и т. п. явления. Причем это происходило даже тогда, ког­да мы их специально просили фиксировать эти слова, а сами слушатели имели возможность многократно прослу­шать каждую произносимую фразу. При восприятии не­правильной речи на французском языке мы наблюдали иную картину: ошибки в речи говорящего приводили к ошибкам в понимании аудируемого речевого материала или даже просто к непониманию.

Предъявлявшиеся испытуемым образцы французской спонтанной диалогической речи содержали в себе не толь­ко некоторые мысли говорящего лица, но, по своей сути, представляли собой поиски наиболее адекватной формы выражения. Неуменье видеть в этих поисках особую функ­цию диалогической речи, приводило к тому, что будущие переводчики переставали понимать говорящего, не улавли­вали логики его сообщения. Слишком привыкли они к хорошо подготовленной монологической речи, которая от­личается законченностью выражений, четкостью опреде­лений и часто отсутствием какой бы то ни было спонтан­ности.

Как переводить фильмы и сериалы с английского на русский язык

Отсюда вывод: в процессе двустороннего перевода пере­водчик должен уметь понимать речь не только с различ­ного рода синтаксическими конструкциями, присущими диалогической речи, и прежде всего эллиптическими оборотами, но также и с теми типичными языковыми ошибками, которые допускают носители языка в ходе диалога.

В процессе диалога его участники совершают речевые поступки, которые изменяют исходную ситуацию общения, и задача переводчика состоит в том, чтобы адекватно пере­дать средствами языка слушающего суть речевого поступ­ка говорящего. Поскольку партнеры по коммуникации постоянно меняются ролями, то и переводчику постоянно приходится менять направление переводчика. Это обстоя­тельство уже само по себе чревато для переводчика допол­нительными трудностями. В связи с этим О. С. Ахманова совершенно справедливо отмечает, что, если переводчик часто переводит в двух направлениях, то ему грозит опас­ность «постепенно утратить способность к различению медиационных процессов, свойственных каждому из язы­ков, и все больше смешивать особенности двух языков при кодировании. Иными словами процесс двустороннего пере­вода имеет тенденцию превращать систему соотнесенную и комбинированную».

Это «коварство» двустороннего перевода обязательно нужно иметь в виду. В самом деле, процесс двустороннего перевода является своеобразным «вредным производством», в ходе которого навык переключения действует в сложных условиях, когда переводчику необходимо нейтрализовать влияние двух языков. «Постоянные изменения направле­ния переключения, — пишет в связи с этим Р. К. Миньяр-Белоручев, — предполагают специальную работу над нейт­рализацией влияния двух языков, которое проявляется в языковых буквализмах, искусственных конструкциях, фрагментарной речи».]

Резюмируя вышеизложенное, мы можем сделать вы­вод о том, что двусторонний перевод, как вид профессио­нальной деятельности переводчика, следует отличать от других видов устного перевода в силу его специфики. Эта специфичность двустороннего перевода определяется преж­де всего двумя особенностями. Во-первых, в отличие от других видов устного перевода, имеющих дело с моноло­гической речью, чаще всего заранее подготовленной, дву­сторонний перевод — это перевод спонтанной диалогиче­ской речи со всеми вытекающими из этого последствиями; во-вторых, постоянные изменения направления переключе­ния требуют от переводчика умения нейтрализовать влия­ние не одного, а двух языков при кодировании.

Источник

Тетради переводчика, выпуск 6 (1969). Редактор Л.С. Бархударов: А. Гаврилов. Двусторонний перевод — вид устного перевода?

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *